Существует множество факторов, которые тормозят строительство современного школьного здания. Это и сложная система нормативов, и иллюзия, что прогрессивная школа стоит дороже, чем классическая. Но, как ни удивительно, не в последнюю очередь, сдерживающими аспектами являются недостаточная “насмотренность” и отсутствие налаженной командной работы между застройщиками, проектировщиками и педагогами. Участники дискуссии, которая прошла 2 октября на конференции EdCrunch по инициативе компании Martela и проекта EdDesign, попробовали разобраться,  что же ведет строительство русских школ по кривой дорожке.


В 2014 году директор компании Martela Елена Аралова предприняла первую попытку обсудить, какими они бывают, современные школы — вспоминала на дискуссии руководитель лаборатории образовательных инфраструктур Института системных проектов МГПУ Елена Иванова. «Тогда мы кручинились, что в России даже нечего обсуждать, — рассказала она. — Прошло всего четыре года — у нас сложилось собственное экспертное сообщество, и мы говорим о наших российских школах – это уже большой прогресс».

За это время в Москве случился бум школьного строительства, была запущена государственная программа развития, а на частные деньги построены международная школа Летово, Хорошкола, Новая школа, Инженерный корпус 548-ой школы и другие проекты. Современные учебные заведения появились и в регионах: «Центр Школа» в Тольятти, школа «Поколение» в Волгограде.

В этих школах есть hikvision камеры для он-лайн трансляции уроков, телестудии и профессиональные лаборатории. Большинству родителей современных учеников, сдающих деньги на мел для доски и ремонт школы, сложно такое представить.

Возможно, дело в том, что деньги на то, чтобы строить и содержать «школы будущего», есть только у частных инвесторов?

Современное здание школы, действительно, стоит немало. Например, объем вложений в создание Летово, которую ее инвестор, владелец «Русагро» Вадим Мошкович, задумал «лучшей в мире», оценивается в $75 млн (4,9 млрд по текущему курсу). Как отметила в рамках дискуссии бывший операционный директор Летово Полина Мальцева — затраты на главное здание в 20 000 м2 для 1100 учеников оцениваются в сумму чуть более 1,6 млрд рублей — или 81 000 рублей за 1 м2. Ирина Гендель, председатель правления технопарка «Химзавод», ставшая инвестором для тольяттинского проекта «Центр Школа», вложила в него 200 млн рублей, и оценивает квадратный метр в 100 000 рублей.  

«Я пожалела своих строителей, когда услышала цифры в 100 000 рублей на человека, призналась исполнительный директор и соучредитель волгоградской школы «Поколение» Александра Сукиасян, руководящая сейчас строительством второго здания для своей школы. — Мы на них ругаемся, что квадратный метр 40 000 рублей стоит».

Между тем, на строительство государственных школ в Москве тратятся немалые деньги, вполне сопоставимые с частными.

В среднем, московская бюджетная школа стоит 1,1-1,4 млн на одного ребенка, отметила заместитель начальника технического отдела по объектам соцкультбыта в Московской области ГК «ПИК» Анна Букина. По данным Адресной инвестиционной программы за школу на 550 мест бюджет готов отдать около 650 млн рублей, а за школу на 700 мест – около 850 млн. При этом практически все участники дискуссии уверены, что в рамках данных сумм можно построить современную и актуальную школу.

 

Государство как партнер

«Второй стороной в вопросе строительства школы может быть государство — хотя мне, вообще, не нравится с государством какая-либо игра», — призналась Ирина Гендель. В рамках закона о концессионных соглашениях, принятого в 2016 году, тольяттинскому «Центр Школа» досталось здание бывшего интерната хрущевской постройки. «Это прекрасный закон, по нему государство обязано делить с частником риски, в том числе, финансовые и организационные», — рассказала Ирина Гендель.

Еще один пример государственно-частного партнерства – строительство центра дополнительного образования, а по факту – второго корпуса волгоградской школы «Поколение». Ее учредители заключили договор о муниципально-частном партнерстве с мэрией Волгограда. Муниципалитет передал «Поколению» территорию ДЮСШ по волейболу, пришедшей в негодность – на его месте и будет построен центр, а взамен владельцы школы обязались построить спортивный комплекс.

Александра Сукиасян отмечает, что в Волгограде, миллионном городе, за последние 25 лет построена лишь одна новая государственная школа, а за 13 лет, которые существует «Поколение», не появилось ни одной другой частной, зато и вторая смена никуда не исчезла.

«Государство для вас достойный партнер оказался?» — уточняет Елена Аралова. «Рано судить. Мы только к подписанию соглашения о партнерстве шли три года. При этом мы не получаем прибыли. Весь доход от деятельности мы реинвестируем обратно в школу»

А что же девелоперы? Могут ли они влиять на качество и уровень строительства? Ведь, это в их интересах…

Полина Мальцева уверена, что качество объектов социальной инфраструктуры влияет на выбор жилья населением. Значит, они будут голосовать рублем за место, где есть классные школы. «Школа – это социальный актив, который может наращивать инвестиционную привлекательность жилья, продающегося рядом, это репутационные дивиденды», — соглашается Елена Аралова. Конкуренция внутри очагов застройки существует, и качество социальной инфраструктуры влияет на выбор жилья населением.

«Сейчас работа А101 выстроена так: параллельно со срочными объектами мы начали проектировать застройку на 2023 год, — рассказала Юлия Чернец, руководитель проектов ГК А101 — Проектирование мы начинаем именно с социальных объектов и рассчитываем, что они будут якорем. Путем создания качественной социальной среды мы привлечем более интеллектуальную аудиторию». По словам Чернец, А101 сейчас тратит примерно 80 000 рублей на квадратный метр московской школы.

Точка зрения оператора частной школы

«Есть филантропы, меценаты, девелоперы. Что же операторы частных школ? Могут ли они выступать стартерами процессов?», — адресует Елена Аралова вопрос Александру Никитину, руководителю проектов школы Cambridge International School.  

«Частные школы ограничены в средствах. Не надо думать, что если в Ломоносовской школе ценник за обучение миллион в год, а в Британской — два миллиона, то они могут построить уникальное здание», — комментирует Никитин. «Для нас работа с большими пространствами – это всегда совместный проект. Мы приходим к девелоперам, к владельцам зданий или поселков и сообщаем, что готовы выступить как операторы, чтобы объект начал работать, что актуально для другой стороны, потому  что на них жильцы давят. А ситуация с инвестором, который говорит: «давайте мы классную школу построим» — это какой-то сердечный порыв, единичный случай».

 

Если бюджет не является сдерживающим фактором на пути к передовой школе, то что же тогда мешает всем участникам рынка?

«Что такое «передовая, клевая, хорошая школа?» Можно основные требования к школе 21 века разместить где-нибудь на видном месте? — иронизирует Анна Букина. — Вот если бы девелоперам выдавали гайдбук…». По словам Букиной, у большинства участников рынка, архитекторов и инженеров, отсутствует представление о том, какой должна быть современная школа, и что в школе в принципе сейчас происходит.

«Когда мы набирали сотрудников для своего бюро проектирования социальных объектов, мой первый вопрос кандидатам был: «Когда вы сами в последний раз были в школах?». Самый распространенный ответ – «Когда выпускался, или — когда повел ребенка на 1 сентября».

Юлия Чернец добавляет, что необходимо также усилить работу с Департаментом образования, внутри которого не все еще понимают и осознают современные образовательные тенденции: «По идее, Департамент вместе с технологическим заданием должен предоставлять гайдбук и говорить, какую среду он хотел бы видеть, какую образовательную программу собирается реализовать».

Ольга Афанасьева, директор государственной московской школы №2070, со своей стороны утверждает, что проблема не только в отсутствии представления о том, как устроены школьные процессы. Ведь, что происходит в школе, можно понять благодаря команде педагогов, которая должна принимать участие в проектировании с самого начала. Но не тут-то было. «Очень часто мы сталкиваемся с тем, что попадаем на строительный объект уже на этапе комплектования, когда с архитектурой ничего сделать уже нельзя, а застройщик еще и говорит: мы можем укомплектовать только на такую-то сумму. А мы в эту сумму, чтобы реализовать наши образовательные задачи, вписаться не можем. То есть, когда инвестор отдает городу школу, как мы выражаемся “под ключ”, она не всегда соответствует реальной учебной программе».

С Афанасьевой соглашается Ирина Гендель, которая считает, что сплоченнейшая команда, состоящая из педагогов, архитекторов и проектировщиков должна появится уже на стадии техзадания.«А мы привлекали еще и детей. И только эта связка может создать полноценную среду, которая будет отвечать всем требованиям», — добавляет Гендель.


Где все-таки спрятан ключ от актуальной школьной среды?  

Подводя итоги дискуссии, экспертам было предложено назвать ключевые с их точки зрения факторы, которые все-таки могут позволить сделать уверенный шаг в сторону переосмысления школьной среды. При этом ни один из них не посчитал бюджеты, с обсуждения которых и началась дискуссия, первостепенным аспектом. Полина Мальцева говорит, что абсолютно всем участникам не хватает элементарной«насмотренности», а Наталья Логутова, директор Школы дизайна НИУ ВШЭ, отмечает, что для успешной реализации проекта нужна заряженная команда специалистов, которая будет активно участвовать в подготовке проекта, понимать суть образовательной программы, затем оперировать образовательным учреждением и нести через 10 лет ответственность за то, каких она выпускает людей. «Так получается и будет получаться, когда есть пассионарии, которым не все равно», — заключает Логутова.


В дискуссии приняли участие:

Анна Букина, заместитель начальника Технического отдела ГК «ПИК»

Полина Мальцева, экс-операционный директор Международной школы «Летово»

Александра Сукиасян, исполнительный директор и со-учредитель школы «Поколение», Волгоград

Александр Никитин, руководитель проектов Cambridge International School

Ольга Афанасьева, директор ГБОУ г. Москвы Школа №2070

Елена Иванова, руководитель лаборатории образовательных инфраструктур Института системных проектов МГПУ

Наталья Логутова, административный директор Школы дизайна НИУ ВШЭ

Ирина Гендель, учредитель АНОО СОШ «Центр Школа», председатель правления технопарка «Химзавод»

Юлия Чернец, руководитель проектов ГК «А101»

Модератор:

Елена Аралова, директор Martela в России