Кампус на вырост: как создать самодостаточное пространство

В ближайшие восемь лет в России должно появиться 27 университетских кампусов мирового уровня, общая стоимость программы — 619 млрд рублей. Далеко не везде можно построить кампус с нуля в чистом поле – у большинства вузов есть историческое архитектурное наследие, как правило, серьезно обветшавшее. Мы изучили опыт первопроходцев университетской реновации, которые не дожидались государственной программы. Этот опыт может быть полезен всем, кто только планирует строительство.

Фото: Iwan Baan/ Сколковский институт науки и технологий


Работа с локальностью: люди

 

Шесть лет назад, перед Универсиадой, Красноярск превратился в большую стройку, которую крайне негативно восприняли горожане. Среди тех, на кого обрушился гнев городской толпы, был Сибирский федеральный университет, возводивший  новый кампус “мирового уровня” (на территории кампуса была размещена деревня Универсиады). «Люди теряли стихийно разросшиеся аллеи тополей, рядом с которыми взрослели. И все изменения вызывали абсолютно негативное отношение», — вспоминает проректор по информационной политике СФУ Евгения Туртапкина. По ее словам, исправить такое положение можно только коммуникацией. 

Кейс СФУ иллюстрирует особенность практически любой университетской стройки: основные вузы в стране существуют десятилетиями, их здания — органическая часть городской среды, а значит, новое строительство или реновация невозможны без работы с локальностью, с существующим пространством и его пользователями. 

 

Общественные пространства с открытым доступом 

 

В Красноярске строительству новой вузовской инфраструктуры противостояли активные горожане – «люди неравнодушные, воодушевленные, выступавшие за идею, а не за свои личные интересы», как описывает их Евгения Туртапкина. «Мне было очень жаль, что они не наши союзники. Ведь в корне наши интересы совпадали», — рассказывает она. 

Сотрудники вуза поняли:  чем раньше жители увидят результаты, тем лучше. И начали с создания новых общественных пространств — сделали воркаут, детские и спортивные площадки, стадионы.

 

«Мы выбрали позицию открытости и стали приглашать людей на территорию университета, чтобы они чувствовали, что кампус принадлежит всем горожанам, — говорит Евгения Туртапкина. — Мы объясняли им: если не университет на эту территорию зайдет, может появиться другой застройщик, который не возьмет на себя ответственность за будущее». В кампусе появилось много общественных пространств, где сегодня красноярцы с удовольствием гуляют и занимаются спортом.


Соучастное проектирование со студентами

 

 

Амбициозный проект строительства нового кампуса Национального исследовательского университета ИТМО заставит часть его студентов переехать из центра Санкт-Петербурга в его пригород. В городе-спутнике Южный, где появится инновационный центр ИТМО Хайпарк будут работать 3000 сотрудников, учиться и внедрять свои разработки 3600 будущих магистров и аспирантов. В центре Петербурга останутся только бакалавры — «впитывать культурный код». 

К разработке архитектурного плана нового кампуса привлекли и студентов —  сотрудники вуза и проектировщики проводили стратегические сессии с учащимися-архитекторами, рассказал директор по стратегии проекта ИТМО Хайпарк Сергей Хмелевский. В Южном должны построить главный учебный корпус площадью около 30 000 кв. м, общежития более 32 000 кв. м и студенческий клуб на 3000 кв. м.

Студенты предложили, например, ввести «принцип сухих ног», чтобы в плохую погоду от общежития до лаборатории можно было дойти по застекленной галерее в тапочках. Также инициировали появление  велодорожек и вертикальных ферм для выращивания овощей в рекреациях . Учащиеся не просто будут растить овощи, они будут поставлять их в столовую, а органические отходы помещать в реактор, делать удобрение и производить тепловую энергию. Для этого собираются построить специальное здание площадью 3000 кв. метров по канонам циркулярной экономики.

 

Еще от студентов поступило предложение сделать цифровое приложение – смарт-кампус. «Этим мы займемся, когда кампус будет построен», — говорит Сергей Хмелевский. Осознанно участвуя в преобразовании среды, студенты не только присваивают это пространство, но и учатся понимать нужды вуза, его устройство, источники перемен и денег на них. 

Кампус как третье место 

В последние 30 лет ученые наблюдают «урбанизацию» кампусов – возвращение в города, откуда они ушли во второй половине XX века. Сегодня вузы отказываются от закрытых, изолированных кампусов. Эти пространства становятся и для студентов, и для преподавателей, и для горожан «третьим местом», где они проводят свой досуг.  

«В наш кампус человек сможет въехать прямо на машине», — гордится Сергей Хмелевский. ИТМО Хайпарк — это строящийся в Пушкинском районе Петербурга второй кампус Научно-исследовательского университета ИТМО. Хайпарк, на создание которого планируется потратить 41 млрд рублей федеральных и частных денег,  считают драйвером развития всего города-спутника Петербурга Южный. 

Консультанты из архитектурного бюро RTDA на самой ранней стадии посоветовали синхронизировать проект кампуса с планом развития самого Южного и связать эти два пространства в одно целое. Над железнодорожной станцией, разделяющей город и кампус, построили мост с торговым комплексом. Благодаря этому преподаватели и гости могут легко добраться до ИТМО Хайпарк, считает Хмелевский. 

Объекты университетского кампуса проектируют в рамках единых функциональных и композиционных пространств, рассказывал главный специалист Управления объектов гражданского назначения Главгосэкспертизы России Павел Крутяков. В центре кампуса разместятся открытые коворкинги, где можно будет проводить  мини-концерты и лекций. На кровле главного корпуса обустроят прогулочную дорожку. 

После открытия нового кампуса ИТМО ждет притока отдыхающих — горожан и туристов. «Мы надеемся, что их привлечет сюда необычная для Петербурга современная архитектура, а также активности на стыке искусства и науки, технологии в искусстве. Точками притяжения, в частности, будут музей современного искусства, зоопарк роботов», — говорит Хмелевский. 

Осталось найти подрядчика для строительства первой очереди инновационного центра — на предыдущий тендер не поступило ни одной заявки из-за его низкой цены. До июля будет размещен новый конкурс. 


Работа с локальностью: пространство

 

«Каждому вузу нужно ответить на вопрос: инфраструктура – это средство его развития или строчка в расходах», — говорит руководитель проектно-учебной лаборатории «Развитие университетов» НИУ ВШЭ Олег Лешуков. Аудит инфраструктуры и отказ от неиспользуемых площадей помогают существенно сократить расходы на коммунальные услуги и охрану

 

Аудит старой инфраструктуры — это актуальный пункт для вузов, на балансе которых часто «висит» множество строений разной степени ветхости. В 70-е годы XX века МИСИС самостоятельно построил новый учебный корпус по соседству с Парком Горького. Строители ушли под землю, возвели «циклопический» стальной каркас с огромными пролетами. Внутри учебного корпуса оборудовали гигантский зал с экспозицией горных машин. Проходческий щит на площадку закатили еще до завершения постройки здания, а потом вокруг него сформировали интерьер зала.

В 90-е годы зал освободили от техники, разделили на части и сдали в аренду. Много лет там располагался культовый рок-клуб под названием «Точка». Но несколько лет назад пространство решили «вернуть в оборот» университета в новом качестве. По периметру зала оборудовали лаборатории и кабинеты. В центральной части организовали зону для презентаций и конференций. Новый лабораторный комплекс сохранил название «Точка». Теперь пространство востребовано не только для внутренних мероприятий. Оно стало площадкой, открытой всему научному сообществу. Здесь проводят очные встречи и записывают лекции. 

 

Современный кампус все более напоминает мини-город: здесь не только учатся и работают, но и отдыхают, и зачастую живут. Множество функций требуют от пространства грамотного зонирования. Как это сделать: читайте в тексте про кейсы НИУ ВШЭ и Сколтеха. 


Соотнести запросы вуза с функционалом территории

 

Расположение вуза вблизи общественной инфраструктуры — вопрос не только развлечений, но и базового комфорта. «У нас есть понятие «эксплуатация», но нет понятия «комфортное использование». Нет администратора жизни, и мы пытаемся этот пробел заполнить», — говорит Виктор Науменко. 

 

Изучение локальности — не праздный вопрос и в случае, когда новое здание вуза появляется на относительно пустом месте. Хотя бы потому, что вуз – это пространство длительного пребывания, и для комфортной жизни там необходима развитая общественная инфраструктура. 

Новый кампус Дальневосточного федерального университета (ДФВУ) появился на острове Русский десять лет назад. Там по заказу государства спроектировали «город-сад» — пространство для проведения Восточного экономического форума. Как это часто бывает в России, площадку, пустующую после мероприятия, передали вузу. Но не насовсем. Ежегодно на месяц форум возвращается в стены кампуса, и эта “родовая травма” искажает жизнь университета. 

Кампус напоминает советский город. В центре административный и учебный комплексы, слева и справа общежития. Прямо — спальный район и завод. Для движения людей один маршрут – из жилых зданий в центр кампуса. Остальные места не освоены. «По кампусу проложена пешеходная дорожка. Рядом сделали газон, чтобы люди могли на нем лежать. Но никто никогда не выходил и не лежал, потому что этот замысел не был очевиден, — говорит Виктор Науменко. — Теперь это пространство засадили молодыми елями и кедрами». Использовать территорию общежития мешает жесткий регламент.

«В наших общежитиях есть роскошные балконы. Их могли бы использовать для экспериментов агрономы. Можно и просто учиться на свежем воздухе. Но все они закрыты во избежание несчастных случаев и нарушений порядка — все боятся, что студенты начнут там курить и пить». Торговых центров и крупных магазинов нет, единственное “место развлечения” — набережная, которая ведет из ниоткуда в никуда. В 22 часа на острове все закрывается, а до ближайшего бара ехать 20 км. На дорогу в общей сложности уходит почти час. 

 

«Кампус так и остался площадкой для форума. Это его основная функция. Никто не разработал инструкцию, как использовать наше пространство в качестве университетского», — рассказывает руководитель дирекции развития университетской среды ДФВУ Виктор Науменко. Здание для форума не требовало развитой общественной инфраструктуры вокруг — но ее не появилось и после того, как пространство было передано университету.  


Работа с проектом

 

Устройство среды определятся стратегией вуза. Кампус – инструмент для решения конкретных задач. Так что любая работа с пространством определяется тем, чего в будущем хочет добиться вуз. «Большая ошибка – рассматривать проектирование отдельно, не как пространство для реализации стратегии», — говорит генеральный директор центра социального проектирования «Платформа» Мария Макушева. 

«Если вуз работает на регион или город, то общежитие на 50% студентов вряд ли нужно. Если собирается принимать иностранных студентов, значит, должна быть крепкая учебно-лабораторная база и современные общежития», – добавляет Олег Лешуков. 

 

 

Проектировщики должны учитывать:

— общую философию вуза;

— программу его развития, особенно научную часть;

— приоритеты: главное внимание уделяется прикладной науке или академической;

— философию взаимодействия составляющих вуза — лабораторий и факультетов;

— целевой образ студента. 

 

 

Чтобы правильно формулировать запрос к проектировщикам, главный архитектор Сколтеха Екатерина Симакова рекомендует space request – таблицу, куда заносятся ответы ученых-пользователей прежнего пространства вуза о работе в нем. Важно, чтобы в процессе участвовали руководители научных направлений. Если они не могут ответить на все вопросы, эксперты идут к рядовым научным сотрудникам. Это позволяет актуализировать программу развития вуза. 

 

 

Как построить успешную нетиповую школу, учитывая иностранный опыт школостроения и тонкости российских строительных норм. В интервью Елены Араловой с Павлом Грудининым.

 

 

Стоит учитывать, что реновация действующего вуза обойдется дороже, чем если бы вуз был полностью закрыт на реконструкцию. «Работы можно проводить только участками. Это создаёт гораздо большие расходы и морально и технологически», — говорит соучредитель архитектурного бюро Manipulazione Internazionale (сотрудничает с МИСИС) Олег Поддубный. В такой ситуации стоит разделить одну большую задачу на маленькие и выполнять их последовательно и максимально автономно. 

В ДВФУ как-то появился проект создания учебных комнат в жилых корпусах. Нашли проектировщика, заплатили за разработку устройства пространств со звукоизоляцией, хорошим светом и мебелью.  Проектирование затянулось на два года. «В последний момент руководство университета не смогло найти финансирование. Два года работы  — насмарку. Так что моя стратегия – тестировать идеи маленькими порциями и постепенно внедрять», — говорит Виктор Науменко из ДФВУ. 

Где брать референсы

Прежде чем обращаться к мировому опыту, стоит четко сформулировать конечную цель, чтобы не тратить зря время и ресурсы. Как показывает практика, иначе зарубежный опыт окажется неактуален для российских реалий. 

 

Кейс ИТМО 

Вуз хотел, но по закону не мог привлечь иностранного проектировщика. «Мы действовали в рамках законодательных ограничений, — говорит Сергей Хмелевчкий. — Хотели провести международный конкурс, но деньги государственные, поэтому невозможно. Торги проходили по 44ФЗ без иностранцев».

В итоге в тендере  для российских фирм победило московское бюро RTDA, которое проектировало кампус МГУ и корпуса Яндекса. «В ТЗ мы написали, что необходимо изучение международного опыта. Ведь у нас в магистратуре от 10 до 30% студентов – иностранцы. Нужно было создать конкурентоспособную среду. Чтобы ИТМО выглядел равноценно на фоне скандинавских и других европейских вузов», — поясняет Сергей Хмелевский.

Тогда RTDA сама провела соответствующий конкурс на создание архитектурных концепций, отобрала шорт-лист иностранцев и предложила заказчику на выбор пять вариантов. Однако в итоге международный опыт оказался не очень востребован. «Мы долго думали и выбрали классический подход, понятный в строительстве. Не хотелось повторять грустный опыт Мариинского театра, который стал похож на супермаркет из-за несогласованности замыслов зарубежных архитекторов и отечественных строительных нормативов», – говорит он. 

 

Кейс Сколтеха 

Концепцию здания кампуса Сколтеха разработала швейцарская компания Herzog & de Meuron. Первый проект лабораторных пространств для вуза был представлен американской компанией Payette. Но за время подготовки к запуску добавились или получили развитие научные центры, изменились списки оборудования. Проект требовал адаптации к российским нормативам.

Например, в первоначальном проекте были раздвижные двери из лабораторий в офисы. Но по российским нормам между ними должны располагаться помещения санпропускников. А пожарные правила запрещают раздвижные электронные двери на путях эвакуации. Кроме того, даже там, где разрешено, поставить импортные двери не получится — у них нет нужного российского сертификата, и ни у кого нет, потому что наши заводы такие двери не производят, рассказывает главный архитектор Сколтеха Екатерина Симакова.

«Выяснилось, что у каждого научного направления свое видение пространства и специфика работы”, — говорит она. В результате в вузе был создан собственный департамент проектирования, а зарубежные коллеги стали консультантами. 

 

Кейс Уральского федерального университета

Проектировщики объединенного вуза Уральского федерального университета (УрФУ) в Екатеринбурге — российские архитекторы. Они вдохновлялись уже реализованным проектом — модульной структурой финского университета Аалто, его базовым пространственным решением.

«Мы разработали универсальную трансформируемую ячейку, исходя из наших нормативов и особенностей климата. Модуль – учебный корпус плюс общественное пространство, вместо коридора – атриум с галереями», — говорит главный архитектор бюро «Гордеев — Демидов» (проектирует новые корпуса УрФУ) Никита Демидов. Часть модулей, созданных по единому принципу, в будущем займут лаборатории и опытные производства, другие будут использовать гуманитарии. Ячейки связываются между собой. Объем университета может меняться, но модульная структура позволяет адаптировать пространство под разные нужды. 

Фото: Iwan Baan/ Сколтех — Сколковский институт науки и технологий

 

 

Иллюстрации: Александра Ржаницына