Ключ к независимости: как школе привлекать деньги и сохранять самостоятельность?

Независимость школы – основа качественного образования. Возможность принять талантливого, но неплатежеспособного ребенка, как и отчислить неуспевающего ученика из состоятельной семьи частной школе обеспечивает диверсификация доходов. Основные источники дохода и не самые очевидные пути их роста гости проекта «Пересборка» обсудили во время недавнего эфира про школьные деньги, вышедшего на Youtube-канале Martela EdDesign. Вывод — только эндаумент даст школе настоящую независимость, и  профессиональный фандрайзинг необходимо развивать с самого начала школьной деятельности. Почему институт школьного эндаумента в России опережает рынок, и зачем школам объединяться, чтобы сохранять финансовую самостоятельность, мы обсудили с экспертами отрасли.


В России основные источники пополнения бюджета частной школы много лет не меняются. Первое – это плата за обучение, второе — государственные субсидии, третье – доходы от дополнительных образовательных услуг. По итогам последних лет в этом списке появились экспериментальные проекты вроде заочки и распределенного обучения, а также благотворительная поддержка. Во многом за счет последнего пункта существует несколько школ «новой волны». В частности, Новая школа, себестоимость обучения в которой составляла в этом году 1,3 млн рублей на человека, а цена для учеников – 630 000 рублей. Разницу компенсировал благотворительный фонд «ДАР», учредивший школу. Школа также принимает внешние пожертвования – однако не от всех. Родители ее учеников жертвователями стать не могут – зато Новая свободна в принятии решений об отчислении любых детей, рассказал директор Новой школы Владимир Ларин в ходе эфира на канале «Пересборка».

Однако настоящую независимость — в том числе, и от благотворителя, — и длинные деньги школе может обеспечить только эндаумент. Собеседник Ларина в «Пересборке», руководитель Severstal Ventures Егор Гоголев обратился к семейной истории и привел пример опыт эндаумента начала 19 века. «У меня был один предок, он рулил Демидовским лицеем в Ярославле, — рассказал он. — Местный землевладелец Демидов делал этот лицей по призыву Минобразования, созданного в 1802 году. Он дал 300 000 рублей и 3500 душ крестьян. Притом треть денег была на эндаумент, и крестьяне тоже были на эндаумент, они должны были генерить кэш. В современных моделях ты уже структурируешь траст, кладешь в него каких-то денег, привлекаешь новых денег…». «Траст», позволяющий зарабатывать на профессиональным фандрайзинге современной школе — это эндаумент, который эксперты рекомендуют запускать с самого начала ее деятельности.

 

Что такое эндаумент

Эндаументы отличаются от благотворительных фондов тем, что на свои цели направляют не сами пожертвования, а полученный от них инвестиционный доход. У классических эндаументов инвесторов больше одного, управляются они советом фонда.  Средства эндаумент-фонда могут быть направлены только на те цели, для поддержки которых он создан. При этом доход эндаументов не облагается налогами. В Европе и Америке эндаумент – обычный инструмент для школ и университетов.

 


«Недешевое удовольствие»

 

Эндаумент для российской школы пока редкая история. Причин несколько: во-первых, культура благотворительности в России не очень развита – жертвовать деньги на будущее собственной школы детей надо приучать. В школах нет культуры попечительства – попечительские советы (в отличие от родительских комитетов) только начинают появляться в учреждениях среднего образования. Во-вторых, для создания фонда целевого капитала требуется не только 3 млн рублей (минимум по закону для того, чтобы капитал начал «работать»), но и наличие юрлица (НКО). «Уже на старте, помимо пожертвований в целевой капитал, нужно оценить и возможность содержания отдельной для этой цели организации, как правило, в виде фонда целевого капитала.  Удовольствие это недешевое, и, кроме того, требует узких компетенций, в том числе, финансовых и юридических», — комментирует директор эндаумент-фонда «Филантроп» Людмила Пантелеева.

Расходы на организацию и содержание фонда целевого капитала НКО в год – порядка 1-2 млн рублей.  Тратиться нужно будет на создание и поддержание сайта или страницы в интернете, обязательную отчетность, маркетинговые материалы или мероприятия для продвижения фонда и тд. «Следуя такой логике, создавать и содержать отдельное юрлицо, да еще и НКО, ради 3 млн рублей в целевом капитале и без хотя бы примерного понимания, как эта сумма может прирастать в дальнейшем, не имеет экономического смысла», — резюмирует Людмила Пантелеева.

Механизмы содержания эндаумента

—        Любой эндаумент, по договоренности с донором, может забирать на административные расходы до 5 % от суммы пожертвования на входе.

—        На административно-управленческие расходы фонд также может оставлять себе до 15% инвестиционного дохода от целевого капитала. Чтобы покрыть бюджет эндаумент-фонда, например, в 2 млн рублей за счет такой нормы отчислений необходимо иметь целевой капитал не менее 150-200 млн рублей, предупреждает Людмила Пантелеева.

—        Фонд может отдельно привлекать пожертвования на собственные расходы, однако дело это неблагодарное. Жертвовать на благотворительность гораздо больше желающих, чем на ее организацию.


Объединить капиталы

 

Впрочем, школы — не такие уж невыгодные клиенты для эндаумент-фондов, как это может показаться на первый взгляд. Добиться разумного дохода и привлечь профессионального управляющего можно, объединив капиталы разных школ на платформе одного оператора. Такого рода платформы позволят создавать площадку для взаимодействия доноров и школ.

На рынке уже стали появляться подобные предложения. Первое в России платформенное решение по управлению целевыми капиталами – Legacy Endowment Services. Платформа создана в 2016 году Рыбаков Фондом – это филантропическая организация, основанная Екатериной и Игорем Рыбаковыми. Legacy безвозмездно помогает школам и другим некоммерческим организациям создавать целевые капиталы и управлять ими. 

В апреле 2021 года концерн «Россиум» учредил эндаумент-фонд «Филантроп», который позиционируется как готовая платформа для филантропов и некоммерческих организаций, позволяющая им создавать собственные целевые капиталы во всех разрешенных законом сферах.

В случае сотрудничества с такими площадками, школам не нужно создавать для своего эндаумента отдельное юрлицо и нести расходы на его содержание.

Как это работает?

Платформа помогает школам сформировать первоначальный капитал и передает его в доверительное управление выбранной управляющей компании, рассказывает директор Legacy Fondation Юлия Марусик. Платформа работает со всеми крупными УК страны, по отчету за 2020 год, в фонде 584 млн рублей. Затем передает его в доверительное управление управляющей компании. Какую компанию выбрать, решает совет по использованию целевого капитала: в него входят представители школы, выпускники, филантропы. Далее Legacy занимается юридическим и организационным сопровождением процесса. По отчету за 2020 год, административные расходы Legacy Endowment Services в размере 8,5 млн рублей покрывались за счет средств, поступивших от прямых пожертвований от Благотворительного фонда семьи Рыбаковых.

«Филантроп» делит свою аудиторию на две части: некоммерческий сектор и частные доноры-филантропы, — и сейчас дает НКО запустить целевой капитал на своей платформе без каких-либо организационных расходов. В дальнейшем фонд планирует взимать процент от пожертвований за это. Управляющей компанией выступает здесь «РЕГИОН Эссет Менеджмент», входящая в материнский холдинг фонда.

Взносы в целевой капитал эндаумента делаются на основании договора пожертвования. Юридически при передаче пожертвования право собственности на активы передается эндаумент-фонду, уточняет Людмила Пантелеева. Но это не несет рисков для школы, говорит она. Школа будет указана в договоре как единственный благополучатель, а эндаумент-фонд как агент будет исполнять волеизъявление донора о целях формирования его целевого капитала.

Стратегически важные решения по работе целевого капитала принимают советы по их использованию. Обычно они состоят из представителей школы, важно, что туда могут входить и ее благотворители. Однако функции совета по использованию целевого капитала может выполнять и попечительский совет самого фонда, например, такая оговорка есть в уставе Legacy. В функции советов входит, например, определение целей использования дохода от целевого капитала, его получателей, срока формирования, объема и периодичности выплат.


Накопить на эндаумент

 

Любая школа, как и любое частное лицо могут создать эндаумент, говорит Людмила Пантелеева. Показательный кейс  — целевой капитал, запущенный частным донором на базе «Филантропа» для поддержки довузовского военного образования в России. Доход от сформированного целевого капитала будет жертвоваться в Фонд содействия развитию военного образования, учредителями которого тоже выступают частные лица, выпускники-суворовцы. Подобное направление в российской системе эндаументов выбрано впервые.

Первой школой, открывшей целевой капитал на платформе Legacy, была частная школа «Поколение» в Волгограде – в 2017 году. С тех пор в портфеле Legacy появилось 26 образовательных организаций, 24 из них – это школы: из Центральной России, Урала, Сибири. 

Как школы приходят в Legacy? В основном, участвуя в конкурсах и других программах Рыбаков Фонда, нацеленных на развитие школьного сообщества. «Legacy стимулирует школы создавать эндаумент не только как инструмент независимого долгосрочного финансирования, но и как инструмент развития школьного сообщества», – говорит Юлия Марусик. 

«Рыбаков фонд» зачастую сам выступает благотворителем для подопечных Legacy. Например, в конкурсе «Школа Рыбаков Фонда» старшеклассники ищут дарителей – выпускников, предпринимателей, родителей, набирают определенную сумму – и получают софинансирование от Рыбаков Фонда на создание эндаумента. Это не накладывает никаких обязательств на школы и не подразумевает возврат денег: все вклады в целевой капитал происходят по договору пожертвования. В Legacy также обращаются выпускники, которые стали успешными и хотят поблагодарить свою школу, создав для нее эндаумент. 

По словам Юлии Марусик, часто школы обращаются на платформу, не имея первоначального взноса для эндаумента или возможности собрать его полностью. Тогда Legacy объявляет публичный целевой сбор онлайн: деньги могут внести и обычные люди, и компании. В каждом сборе участвует по несколько десятков физических и юридических лиц. Суммы варьируются: от 1000–10000 рублей до 100000–500000 рублей. 

С 2020 года закон о создании целевого капитала поменялся: теперь, если школа смогла собрать 1,5 млн рублей за полгода, срок сбора оставшейся суммы можно увеличить на неопределенное время. Теперь есть вероятность «остаться на второй год», не сумев преодолеть минимальный порог в 3 млн рублей. Большинству школ, пришедших в Legacy, удалось собрать 3 млн рублей за год: средний размер целевого капитала школы – 6 млн рублей, есть ЦК и по 25–40 млн рублей. Средняя доходность у ЦК в портфеле Legacy – 8-10 %, в зависимости от экономической ситуации в стране и инвестиционной стратегии, выбранной школой. Извлекать доход школа может ежегодно или ежеквартально. Стоимость услуг управляющих компаний составляет до 10% дохода от использования целевого капитала, однако обычно варьируется в районе 4,9-6,9%.

 

Опасная лазейка

В августе 2020 года в Законе о целевом капитале (ЦК) появилась лазейка. Были приняты поправки, одна из которых касается срока формирования целевого капитала. Раньше на то, чтобы собрать минимальную для ЦК сумму – 3 млн рублей – отводился фактический год. Теперь же необходимо успеть собрать 1,5 млн рублей за полгода, а дальше дедлайна на сбор оставшейся половины нет. «В некотором смысле, это правовое упущение, — считает Людмила Пантелеева, которая является также членом рабочей группы по совершенствованию законодательства по ЦК при Минэк. – Мы дорабатываем сейчас предложения в этой части и будем предлагать все же законодательно ограничить такой срок. Иначе это может привести не только к репутационным рискам, но и правовым. Например, когда формирование целевого капитала не будет происходить на протяжении длительного времени, а вместо этого ЦК будет лежать на депозите или расчетном счете бессрочно. А это может выглядеть как нецелевое его использование».


Итоги четырех лет эндаумента

 

В апреле 2016 года основатель «Рыбаков фонда» Игорь Рыбаков, пройдясь по волгоградской частной школе «Поколение» с экскурсией, предложил отработать европейскую практику эндаументов на примере этой школы, и пожертвовал на это 3 млн рублей, рассказывает соучредитель и исполнительный директор «Поколения» Александра Сукиасян. Эндаумент был создан в марте 2017 года, в совет по его управлению вошли родитель четверых учеников (депутат городской Думы и активный общественный деятель Волгограда), и двое представителей администрации школы.

За прошедшее время сумма целевого капитала выросла до 5 млн рублей, ежегодно школа получала прибыль от управления. В первый год доходность достигла порядка 250 000 рублей, во второй – около 530 000, в прошлом году — около 350 000 рублей. Комиссия УК ВТБ Капитал составила 6,9% от поступлений от доверительного управления. По оценкам Людмилы Пантелеевой, средняя годовая доходность у российских эндаументов колеблется в пределах 5-7% при консервативном управлении. Она зависит как от рынка, так и от стратегии и от мастерства управляющей компании.

«Доходы эндаумента – это внебюджетный дополнительный источник финансирования, – объясняет Юлия Марусик. – Так что школа сама может решить, на что потратить деньги». Доход от эндаумента «Поколение» в разные годы тратило на празднование юбилея школы (в честь ее 15-летия вышел номер журнала EdExpert, посвященный «Поколению»), участие в педагогических конкурсах, покупку оборудования для компьютерной лаборатории.

Александра Сукиасян говорит, что пока эндаумент-фонд — это больше мотивационный инструмент и имиджевый проект, поскольку сумма, находящаяся под управлением, относительно небольшая. «Пандемия и строительство здания для школы снизили темп наполнения фонда, однако как только мы запустим новый корпус, все наши фандрайзинговые усилия будут направлены на эндаумент: нам важно сделать его большим, чтобы обеспечить независимость школы на долгие годы», — говорит она.

«Поколение» пополняет целевой фонд, реинвестируя часть дохода, полученного от управления деньгами, участвуя в благотворительных мероприятиях, и сотрудничая с сообществом выпускников школы. «Эндаумент во многом спровоцировал эту практику – мы запустили программу по работе с выпускниками, которая касается не только наполнения фонда, но и возможности получить обратную связь о результатах образования у нас и скорректировать учебный процесс, — говорит Александра Сукиасян. — Нашим первым выпускникам пока не более 30 лет, и они не могут жертвовать крупные суммы, однако нам помогают и родители выпустившихся детей».


Эндаумент на опережение

 

Совокупный объем рынка целевых капиталов России Людмила Пантелеева оценивает в сумму порядка 35 млрд рублей (на конец прошлого года), половина из созданных фондов приходится на сферу образования. Для сравнения: эндаумент-фонд Гарвардского университета составляет более $ 41 млрд. Большая часть российского рынка эндаументов и по количеству созданных фондов, и по объему активов приходится на вузы. Эндаументы школ  — пока штучные истории, кроме того, если они созданы в рамках платформы, то их иногда сложно посчитать как отдельный фонд, учитывать можно только сами целевые капиталы.

Пока что школьные эндаументы – это капля в море. По подсчетам «Филантропа», за последние 2-3 года порядка 30 российских школ сформировали свои целевые капиталы, хотя первый в России фонд для частной школы был зарегистрирован еще в 2011 году – «Эндаумент школы имени А.М. Горчакова». А всего в России более 40 тысяч школ.

Почему этот процесс пока не столь активен, как, например, у вузов? Причин несколько, говорит Пантелеева: во-первых, крайне низкая осведомленность менеджмента школ о возможностях по созданию эндаументов. Во-вторых, предубеждение, что школе собрать свой целевой капитал сложно, в отличие от того же университета, где есть выпускники как потенциальная аудитория для фандрайзинга. «На самом деле, эти же выпускники сначала заканчивали эти же школы», — напоминает она. В-третьих, отсутствие ресурсов, прежде всего, кадровых — в школах пока нет готовности с точки зрения компетенций заниматься привлечением средств, нет так называемых офисов или отделов развития, чтобы делать такую работу на системном уровне, как это делают школы за рубежом. «Поэтому, говоря о том, почему нет эндаументов, нужно понимать, что нет многого из того, что предшествует их появлению, а затем и развитию» — рассуждает Пантелеева.

Платформы как готовое решение для некоммерческого сектора в каком-то смысле опережают рынок в его сознании, объясняет Людмила Пантелеева. «История о том, что можно передавать функционал другому НКО, заказывая ему реализацию своих благотворительных целей, немного ломает стереотипы и стандартные подходы в секторе. По сути, в России нет такой практики или подобной модели, как это активно сейчас развивается на Западе».

«Сейчас жены обеспеченных людей школами занимаются, либо обеспеченные люди строят школы для своих детей: «Что-то все школки-то паршивые , я построю свою, деньги есть», — рассуждал Егор Гоголев в «Пересборке». — Но это же не профессиональный подход: дети вырастают, мотивация теряется. А у тебя не создан в школе профессиональный юнит, который фандрайзиногом занимается, у тебя нет фонда с эндаументом».

Если частные лица приходят к созданию своих школ, то учреждение ими одновременно и эндаумента  является демонстрацией серьезности намерений, и дает гарантию, что завтра школа не останется без поддержки, и это не временное увлечение одного человека, считает Пантелеева. И в этом эндаументу как источнику «длинных» денег альтернативы нет. При этом для поддержания финансового благополучия амбициозной школе необходимо работать с сообществом. Выстраивание и поддержание связей со вчерашними выпускниками, родителями, партнерами, друзьями – это постоянные инвестиции времени, усилий и средств. А эндаумент для школы – это не только источник средств, но и хорошая возможность формирования ценностей у ребят через культуру благотворительности. «Культура благотворительности воспитывается в детстве, — говорит Елена Аралова. — Рассчитывать на поддержку своих выпускников можно и нужно, но, чтобы она состоялась, эти ценности хорошо бы формировать пораньше».