Отцы и дети: как школьники-стартаперы строят отношения с инвесторами

Мы нашли подростков, которые запустили технологические стартапы уже в школе. Эти ребята создают высокотехнологичные продукты, пытаются получить гранты, запускают краундфандинг и ищут первых клиентов. Их истории можно рассматривать как ролевые модели: есть вещи, которым стоит поучиться, есть ошибки, которых стоит избегать.


Фанат будущего

 

Егору Лодышкину из Иваново 15 лет, он занимается технобизнесом уже полтора года. Год назад получил паспорт, смог открыть ИП и банковский счет.   

Начав зарабатывать по-взрослому, стартапер пока лишен налогового бремени. В первые два года деятельности для технопредпринимателей длятся налоговые каникулы (хотя раз в год надо делать отчисления во внебюджетные фонды на пенсионное и медицинское страхование). Налоги со своего бизнеса предприниматель начнет платить с 2022 года.

«Я фанат будущего. Мне очень интересно заниматься технопроектами и идти в ногу с прогрессом», – говорит школьник. Он начинал реализовывать свои идеи в «Кванториуме» – наставники оттуда помогли ему глубже разобраться в технологиях. Сейчас сюжеты и статьи об Егоре можно найти в региональной и федеральной прессе, школьник презентовал свои проекты на техно-завтраке, организованном Всероссийским обществом рационализаторов и изобретателей.

Предпринимательство сделало график девятиклассника очень плотным, он «едва успевает учиться». При этом большинство взрослых людей продолжают воспринимать его в числе других ранних стартаперов «как детей»: видят в сотрудничестве высокие риски и не верят в успех предприятий.

Кванториум — место старта многих технопредпринимателей. Насыщенная инженерным оборудованием среда дает им возможность воплощать свои первые идеи

Фото: Роскванториум, Михаил Ступин, Кванториум Тува, Кванториум Владимир 

Акселератор на вырост

Одна из наиболее очевидных возможностей развития подростковых стартапов — участие в акселераторах для школьников. Герои нашей статьи стали финалистами «Технолидеров будущего» – одного из крупных акселераторов в области технологий, который проводится Фондом инфраструктурных и образовательных программ (ФИОП, структура Роснано). Цель проекта – вырастить технопредпринимателей из школьников с хорошими инженерными навыками. В акселераторе каждый год участвует более 100 команд из двух-пяти учеников 8−11 классов. За пять месяцев подростки проходят несколько этапов – образовательную программу, сопровождение проектов экспертами, а дошедшие до финала могут презентовать продукт перед инвесторами. За прошлый год в рамках «Технолидеров» было выпущено 72 проекта, 12 команд выступали на инвестиционной сессии, восемь из них получили предложения о сотрудничестве.


Подрастешь – поймешь

 

Для 10-классника Никиты Куралесина из Воронежа фактор возраста стал реальной проблемой, сдерживающей реализацию его идей.

Свой стартап ATMEL, основанный на технологии атмосферного электричества, Никита создал, вдохновившись историей генератора свободной энергии из эфира Николы Теслы.

Первоначально школьник, тогда учившийся в 7 классе, соорудил зарядку из подручных средств: фанеры, монопода и самодельного заземления на базе меди. Сейчас у Никиты уже есть прототип «бесконечного» Powerbank под названием AStation mini. Эта зарядка размером с обычный смартфон, чей принцип действия основан на разности потенциалов между энергетическими уровнями атмосферы, может обеспечить энергией гаджет в любой точке мира и при любых погодных условиях, обещает автор. Он утверждает, что портстанция, в отличие от солнечной батареи, работает везде и при любых погодных условиях — ей нужен только доступ к земле.

 

Ролик, снятый командой Никиты для участия в акселераторе

 

Весной 2021 года команда Никиты в числе 12 лучших участников выступала перед потенциальными инвесторами на «Технолидерах будущего». Несмотря на восторженные отзывы о гаджете, денег на развитие стартапер так и не получил.

«Взрослые не верят, что школьник мог создать Astation mini. Когда мы показывали работающее устройство – а за два часа оно заряжает телефон с батареей не более 3000 mAh, все смотрели вытаращенными глазами. Как это, пацан придумал новый источник энергии? Многие инвесторы говорили: «Вы такие молодцы», но на деле не были готовы давать финансирование для реализации стартапа. В «Артеке», куда отправляли победителей акселератора, я даже поругался с одним спикером, который говорил, что подростки легко могут получить инвестиции. Ничего подобного», – уверен школьник.

Особенно сложно найти финансирование для проектов c hardware (материальные объекты, в том числе технические устройства), говорит сокурсник Никиты по акселератору, девятиклассник Егор Лодышкин. Такие стартапы, по его словам, медленнее масштабируются в отличие от сферы IT, которая сейчас на хайпе. Инвесторы, кроме базового недоверия к возрасту автора, в принципе сомневаются, окупится ли проект. Егор, создающий свои проекты в Иваново, пока решил развивать их на собственные средства.


Серебряная маска

 

Егору Лодышкину на старте хватило 33 000 рублей — школьник получил их в качестве гранта от школы стартапов Russol, создав настольное «умное зеркало» Smart Pixel (в девайс встроен экран в стиле пиксель-арт, отсылающий к компьютерным играм типа Марио, Тетрис, Змейка – на нем можно порисовать). Частично грантовые деньги он смог вложить и в другие проекты, которые умудряется создавать один за другим.

Егор хотел отработать мелкосерийную технологию производства, собрав 1,115 млн рублей на Planeta.ru, но довольно быстро отказался от этой идеи (собрал только 14,5 тыс рублей).

 

Приняв участие в акселераторе, Егор с командой создал Silverty mask — многоразовые гигиенические маски с нанопокрытием из серебра, имеющие антимикробные свойства, не пропускающие вирусы и самоочищающиеся, рассказал он.

Первую партию масок в 500 штук (их стоимость в продаже порядка 70-150 рублей) школьник уже почти продал через собственный сайт. Там размещены три вида «серебряных» масок: продукцию из бязи и трикотажа он отдал на аутсорс ивановским швеям, а из металлизированной нетканки – региональной компании «Ньюфарм». За производство он платил из собственных средств. Илья Матрос из Центра молодежных инициатив АСИ называл проект интересным и своевременным, однако неуникальным и требующим бизнес-плана и инвестиций для дальнейшего развития.

 

Егор Лодышкин 

 

Егор, похоже, решил двигаться дальше и выручку от продаж масок инвестировал в новый бизнес – витражи Upgrade, созданные с применением акрила и эпоксидной смолы. Предприниматель делает их вместе с другим школьником, с которым познакомился в «Кванториуме» (оба несколько лет назад начинали реализовывать там свои идеи).

Первый заказ на 25 витражей ребята получили от Высшей школы экономики (доцентом там работает папа Егора Александр Лодышкин, экс-советник губернатора Ивановской области), институт будет вручать их в качестве призов для конкурса. По словам Егора, заказчика привлекла цена продукта и оригинальность идеи. Команда планирует продвигать Upgrade на рынок b2b. Егор уже съездил на выставку «Реклама 2021» в Москву, где собрал предзаказов более чем на 2 млн рублей. По словам основателя, их витражи более прочные, и их можно использовать для создания картин, статуэток, дипломов.

Инвесторов в свой проект Егор с товарищем не ищут. «Сейчас большие деньги для реализации проекта не нужны, я справляюсь, а если решу взять инвестиции, то придется отдавать часть заработка и перед кем-то отчитываться», – считает Егор.


Никола Тесла 21 века

 

Никите Куралесину из Воронежа для развития его нового источника энергии Astation mini нужны довольно большие деньги –  на начальном этапе около 1 млн рублей для проведения конечных тестов и производства первой партии устройств (100 штук). «А наша глобальная цель – обеспечить мир бесплатной энергией. Все-таки не хотелось бы бросать мечты о беспроводном будущем», – рассуждает Никита.

 

Никита Куралесин

 

Команда совершенствует устройство, чтобы вырастить его мощность в 3-4 раза. В будущем школьники собираются расширить технологию атмосферного электричества для создания GEN1 – генератора, который будет способен автономно обеспечивать целый дом энергией. По подсчетам команды, средний срок окупаемости такого генератора при рядовом потреблении энергии — около 12 лет, срок службы – 50 лет. Команда делала патентный поиск и не нашла подобного прототипа устройства. У ATMEL есть только косвенные конкуренты – солнечные батареи, ветрогенераторы и геотермальная энергия, говорит изобретатель. Патент на такое устройство, по его словам, стоит около 10 млн рублей.

Однако договориться ни с российскими, ни с зарубежными инвесторами у Никиты не получается. Основатель объясняет это общим недоверием к подростковым стартапам: серьезные суммы детям доверять не хотят. «В том возрасте, когда школьникам нужна помощь в развитии технологических проектов, им стоит полагаться лишь на свои силы и личные средства, не выдавая идею раньше времени, и оглашать разработку только после удачных пилотных тестов», – уверен он. У школьника есть опасения, что идею прототипа могут украсть.


«Невесело и сложно»

 

Отсутствие очередей на финансирование школьных стартапов объяснимо: инвесторам не нужно изобретение — их интересует только как заработать, считает недавний школьник Александр Алдошкин, основатель инженерного стартапа Veni и герой нашей статьи про раннюю работу. По его мнению, акселераторы дают школьникам «чрезмерно лучезарное» представление о жизни, тогда как стартап – «это невесело, сложно физически и морально».

Куралесин рассказывает, что ему и трем другим финалистам «Технолидеров» предлагал сотрудничество Фонд социальных инвестиций (ФСИ). После прохождения испытательного срока школьникам нужно было создать совместное с фондом ООО, где 51% компании отходит им, а 49% инвестору. «Я отказался, так как сделка показалась мне нерациональной. ФСИ предложили достаточно скромные инвестиции (около 30 тысяч рублей) на время испытательного срока, а в будущем нужно было бы отдать почти половину компании под их контроль. На таких условиях мы вообще не хотим связываться с инвестиционными фондами», – говорит Никита.

«На старте нет необходимости в крупном финансировании: прототипы у подростков уже есть, вопрос в их продажах. Поэтому до появления первых клиентов школьники получают деньги только на комплектующие», – объясняет свою позицию генеральный директор ФСИ Сергей Голубев. Он считает, что и гранты после конкурсов не приносят подросткам пользу — им нужно, прежде всего, менторство – организация встреч с людьми из рынка, подготовка коммерческих предложений, помощь в проведении переговоров, обеспечение юридической и бухгалтерской составляющей.

В России отдавать полкомпании инвесторам является частой практикой, а вот в США – стоп-сигналом», – говорит основатель школы стартапов RUSSOL Юрий Ярцев. В его проекте рекомендуют подросткам на начальном этапе отдавать инвестору 7-15%. «Иначе, если стартап вырастет, ему будет сложно найти дополнительные инвестиции и привлечь сооснователей, так как доли уже розданы».

Предложение о сотрудничестве по итогам инвестиционной сессии «Технолидеров» не подразумевают существенных инвестиций и возможности распоряжаться живыми деньгами для детей – школьников только «берут на поддержку», — объясняет руководитель направления по развитию дополнительного образования фонда Роснано Светлана Решетникова. «Но включение в проекты опытных наставников и предоставление площадок для тестирования своих продуктов может стать для школьников значительным вкладом в стартапы», – считает она.

Подросткам всегда можно поторговаться на счет финансирования, но им нужен выбор, чтобы не возникала монопольная зависимость от одного инвестора, считает инвестиционный директор ЦСИО СОЛь, педагог по предпринимательству в школе «Класс-центр» и автор книги «Мой первый бизнес» Андрей Андрусов. При этом требовать у инвесторов крупные вложения, пока у бизнеса нет клиентов он считает нецелесообразным. В случае с техностартапами нужен сначала контракт на партию продукта, чтобы не производить ненужные устройства. «Пусть первичные вложения невелики, но и 50 000 рублей не растут на дереве», — говорит он.

Последователь Теслы пока рассчитывает на удачу и на 3F (family, friends, fools). Когда дойдет до внешних инвестиций, Никита хотел бы привлечь $1-30 млн, которые нужны на развитие производства, логистику и масштабную рекламную кампанию. Первый пункт, по его словам, очень важен, так как станки для производства AStation разрабатывались школьниками самостоятельно.

«Если честно, психологически очень сложно вынести все этапы становления стартапа, сбора команды и руководства в таком возрасте. Большинство сломает такой режим работы и увлеченность своим делом, особенно после десятка, может, даже сотни неудач», – резюмирует Никита Куралесин.


Пойти на сделку

 

15-летний Сергей Мусиенко из Москвы не видит сложностей для подростков в занятии технопредпринимательством: ему взрослые только помогали. «Мы очень хотели, чтобы о нашем агробеспилотнике начали говорить. А благодаря участию в «Технолидерах» нашли первого инвестора – генерального директора ФСИ Сергея Голубева. Он выступает как ментор, помогает с продвижением и знакомствами», – рассказывает школьник.

 

Сергей Мусиенко 

 

Сергей начал заниматься разработкой беспилотников в шестом классе: смотрел видео на Youtube, потом записался в авиамодельный кружок. Школьнику повезло со средой: родители поддерживали его начинания, а сосед по даче Владимир Андреевич Каргопольцев оказался бывшим директором ЦАГИ (Центральный аэрогидродинамический институт). Тот увидел, как мальчик запускает свой первый беспилотник, начал расспрашивать и давать советы. Подросток собрал команду и делал дроны с 2018 года, спонсорами увлечения опять же стали родители.

К моменту участия «Технолидерах» в 2020 году уже появился проект «Агробеспилотника ISD». Этот конвертоплан может облегчить процесс мониторинга лесных хозяйств, заповедников и сельхозугодий. Основатель хвалит универсальность устройства, возможность адаптации под различные условия эксплуатации, выгодную цену и автономность. Участвуя в акселераторе, ребята обратились к компании Geos-Aero – там помогли найти ошибки в первом прототипе агробеспилотника.

Команда Мусиенко согласилась на сделку с Фондом социальных инвестиций, от которой отказался Никита Куралесин. По соглашению, у школьников был испытательный срок в три месяца, за время которого следовало изучить рынок и доработать продукт. Ребята  оформили одного из членов команды самозанятым и заключили первичный контракт с фондом. Команда ежемесячно получала небольшую сумму на покупку комплектующих, ее хватило, чтобы доделать прототип агробеспилотника, также фонд покрывал расходы на налоги.

Первые итоги сотрудничества Сергей Мусиенко оценивает положительно. Летом 2021 года команда ездила с инвестором на Питерский международный экономический форум (ПМЭФ). По итогам ребята решили сосредоточиться на сельском хозяйстве и взялись за разработку беспилотника для аэромониторинга угодий. Школьники провели переговоры с представителями регионов на форуме (Крым, Новгород, Ярославль). Тогда же выяснилось, что у взрослых конкурентов подобный агробеспилотник стоит 1,5 млн рублей – а Мусиенко с товарищами собираются предложить продукт за 300 000 рублей.

Сергей Голубев помог найти команде партнеров для разработки программного обеспечения агробеспилотника, с чем школьники сами бы не справились. Им стала команда студентов Flying Search из калужского филиала РАНХиГС.

Сейчас испытательный срок закончился. Осенью 2022 года школьники собирались создавать ООО — 51% компании будет разделено между ними и Flying Search (11 школьников и 6 студентов), а 49% отойдет инвестору.

Чтобы на правах совершеннолетнего фигурировать в документах как сооснователь ООО, Сергею Мусиенко придется пройти эмансипацию через суд с помощью родителей. Но процедура возможна только по достижению 16 лет. Пока ребята оформляют ИП на своего восемнадцатилетнего сокомандника.

Андрей Андрусов из СОЛЬ говорит, что до сделок с инвесторами в школе мало кто доходит. Тем не менее, подросткам стоит иметь в виду следующую математику: если компания стоит 10 млн., а инвестор дает 1 млн., то он получает 9%. «Нормальная практика в отдаче доли инвестору – не больше 10%. Нужно учитывать, что каждый следующий раунд финансирования размоет доли основателей, приводит аргумент эксперт. Хотя за ангельские инвестиции (финансирование стартапа на ранней стадии в обмен на долю в компании) случается, отдают 49% компании, но и это может быть выгодной сделкой, ведь инвестор заинтересован в успехе», рассуждает Андрусов.

Сейчас школьникам нужно минимум 1,5 млн рублей для запуска стартапа – регистрации компании, закупки комплектующих, зарплаты сотрудников, продвижения. Чтобы получить финансирование, команда подала заявку на грант «Умник» в Фонд Бортника, так как он дает средства именно на разработку, а не на готовый продукт. Условия строгие: если команда отступила от плана, деньги нужно вернуть. К инвестору за этими деньгами ребята не обращались.

«ФСИ выступает в большей степени как куратор нашего проекта. Наша команда пока на альфа-тестировании, а инвесторы вкладываются, когда стартап прошел бета-тестирование и перешел в seed-раунд», – объясняет Сергей Мусиенко. Многим нужен готовый продукт, а не идея, сетует он.

Инвесторы вкладываются не в идею, а в бизнес, и доказательством того, что он существует, являются клиенты, их же на старте у подростков обычно нет, подтверждает техножурналист, автор телеграм-канала TheEdinorogblog Дмитрий Филонов. Он добавляет, что школьникам надо внимательно смотреть документы при заключении сделок – что они отдают взамен инвестиций, какие договоренности должны соблюдать.


С миру по нитке

 

Летом 2021 года на Питерский форум под эгидой фонда Роснано съездил еще один стартапер, заключивший с ним после акселератора договор о трехмесячном испытательном сроке – шестнадцатилетний Федор Переверзев из Москвы. Инвестор, по словам подростка, нужен был ему прежде всего как ментор с опытом в бизнесе.

 

Федор Переверзев

 

С детства школьник делал роботов и увлекался электроникой. В акселератор в 2020 году он пришел с проектом автоматической системы контроля осанки Stabilos, помогающим избежать появления синдрома компьютерной шеи и его последствий. По данным ВОЗ проблема с осанкой касается 80% населения, как взрослых, так и детей. «Stabilos определяет неправильный угол наклона головы и сообщает об этом пользователю звуковым сигналом, который приходит на смартфон. В будущем в приложение планируется добавить функцию отслеживания прогресса. Само устройство – легкое, у него удобная форма и футуристический дизайн», – рассказывает Федор про изобретение.

Подросток на ПМЭФ смог обзавестись полезными связями. На форуме для юниоров выступала генеральный директор российской краундфандинговой платформы Boomstarter Мария Балмфорт, и школьник сам с ней познакомился. Благодаря этому знакомству команда Stabilos запустила на Boomstarter краундфандинг и предпродажи устройства, чтобы понять, есть ли на него спрос.

 

Видео для Boomstarter

 

Федор явно умеет вести переговоры: позднее, удачно выступив на демо-дне в Silicon Valley Camp (онлайн-школы, основанной бизнесменами Кремниевой долины), он выиграл грант от SAP в 50 000 рублей. Эти деньги школьник вложил в первое оборудование – покупку 3D принтера.

На платформе Boomstarter команда Федора смогла собрать 96 950 рублей, причем уже за первые два дня им пожертвовали 60 000 рублей. Такой успех Федор объясняет, прежде всего, помощью его школы «Летово», которая выложила инфо в соцсети с 35 000 подписчиков. «Летово» помогло и с материально-технической базой: прототипы устройства подросток печатал на 3D-принтерах в мастерской. Кроме того, в школе он нашел команду среди соучеников, которые стали подходить к нему и предлагать помощь в работе. «А у нас в школе очень много умных и творческих ребят», – замечает подросток.

Чтобы заключить первичный договор с ФСИ, Федор Переверзев стал самозанятым. Первые три года ему нужно будет платить только налог на профессиональный доход – 6% от выручки (ее размер предприниматель не называет). До 18 лет сам школьник компанию основать не может, и в сейчас планирует совместно с ФСИ создать ООО.

Команда Stabilos сделала первую партию из 20 устройств и продала их по 2000 рублей тем, кто сделал заказ на Boomstarter. Платы делались вручную, а корпуса устройств печатались уже не в школьной мастерской, а на купленном 3Dпринтере-конвейере.

Теперь стартап столкнулся с проблемой роста: если заказов будет больше, то существующих мощностей, на которых нужно  выполнять, не хватит. А на них требуется новое финансирование. «Мы поняли, что нам не хватает профессионализма. Нужны специфические компетенции, а их нет», — отмечает Федор.


Учитесь плавать

 

Создание стартапа влечет за собой огромные нагрузки, к которым подростки зачастую оказываются не готовы, говорит исполнительный директор «Венчурного акселератора» Александр Румянцев. Уже при запуске их программы для школьников было ясно, что шансы получить от детей действительно крутые стартапы минимальные, говорит он. «Во-первых, школьники не готовы много работать. Во-вторых, как только проходит первая эйфория, дети могут забросить свой проект и отвлечься на уроки, ЕГЭ, репетиторов, кружки. И наконец, психологически ребятам очень сложно слышать отказы от клиентов, партнеров и инвесторов, а также брать на себя полную ответственность за команду, продукт и его продажу», — объясняет он.

Инженерные навыки могут быть у детей на высоте, но при создании компании возникает много проблем с документацией ­– юридическое оформление, бухгалтерия, налоги, добавляет Александр Алдошкин. Некоторые школьники, правда, оказываются достаточно предприимчивыми, чтобы сделать из этой проблемы бизнес. Например, герой этого текста Егор Лодышкин развивает собственную платформу для начинающих предпринимателей E-max. «Я беру на себя продажу продуктов школьников и юридические вопросы, буду удерживать только процент на налоги и эквайринг», – обещает предприниматель. Платформа сейчас проходит тестирование.

С 14 лет подросткам, которым приходится работать с юридическими лицами, можно оформиться самозанятым (занимает 15 минут через банк и приложение «Мой налог»). «Очень рекомендую прочитать классную книгу «Самозанятый ребенок» 17-летнего Антона Кайзера из Нижнего Тагила. Сейчас у автора свой IT-бизнес, но до этого он пережил множество перипетий со своими бизнес-проектами», – говорит Андрей Андрусов. А создавать компанию и заниматься другими оформлениями нужно, как только начинается «систематическое извлечение прибыли» — как сказано в Гражданском кодексе, считает он.